Молниеносный экономический рост Китая, который десятилетиями улучшал благосостояние миллиардов людей и перекраивал рынки по всему миру, больше не выглядит неотвратимым законом природы. Правительство Поднебесной готовится снизить официальный целевой показатель роста ВВП на 2026 год — потенциально до уровня 4,5-5%, что является резким падением по сравнению с двузначными темпами прошлых десятилетий, сообщает Bloomberg.
Размер экономики — часть проблемы: чем она больше, тем труднее обеспечить сверхвысокий рост. Но ключевая роль в торможении Китая принадлежит ряду глубинных структурных факторов: слабому потребительскому спросу, затяжному кризису на рынке недвижимости и сокращению рабочей силы.
[see_also ids="671794"]
Обвал рынка недвижимости
В течение десятилетий жилая недвижимость была одним из самых мощных двигателей китайского роста. Отрасль превратилась в главный резервуар благосостояния домохозяйств. Однако несколько лет назад рынок начал стремительно погружаться в стагнацию. Регуляторные ограничения на чрезмерное кредитование застройщиков в 2020 году, а затем пандемические локдауны подорвали продажи и доверие покупателей. И обнажили хрупкость долговой модели, которая строилась годами.
С тех пор в отрасли воцарился порочный круг: спрос падает, финансирование уменьшается, проекты зависают незавершенными. Цены на жилье упали на 30% от пика 2021 года, что привело к обесцениванию сбережений миллионов семей. Потенциальные покупатели стоят в стороне, опасаясь дальнейшего падения цен и не желают брать долгосрочные кредиты на активы, которые могут и дальше обесцениваться. Владельцы, которые уже приобрели недвижимость, часто не могут ее продать без убытков.
С середины 2024 года власти пытались поддержать рынок: снижали ставки по ипотечным кредитам, ослабляли ограничения на покупку жилья в городах, уменьшали налоги на сделки. Эти меры дали лишь кратковременную стабилизацию — но не разворот. На пике развития недвижимость и смежные отрасли давали до четверти ВВП Китая; сегодня эта доля упала ниже пятой части и продолжает уменьшаться. Ставка властей — на высокотехнологичное производство и "зеленые" отрасли, но они более капиталоемкие и создают меньше рабочих мест.
[see_also ids="670740"]
Депрессивное потребление
Кризис на рынке недвижимости волнами разошелся по всей экономике: чувствуя себя беднее, домохозяйства резко сократили расходы. С 2023 года цены на широкий спектр товаров и услуг снижаются — страна попала в дефляционную спираль. Чтобы привлечь экономных покупателей, компании снижают цены, подрезая конкурентов, и только усиливают центробежные тенденции.
Устойчивая дефляция — серьезная угроза для любой экономики. Если потребители ожидают дальнейшего падения цен, они откладывают покупки. Это давит на маржу предприятий, тормозит инвестиции и затрудняет повышение зарплат. Это еще больше подрывает спрос и закрепляет дефляцию. Китайские власти называют чрезмерную конкуренцию "инволюцией". Функционеры объявили борьбу с деструктивными "ценовыми войнами" приоритетом — от производителей электромобилей до сервисов доставки еды.
[see_also ids="673438"]
Сокращение населения
Население Китая численностью около 1,4 миллиарда человек сокращается темпами, невиданными за десятилетия. В 2025 году рождаемость упала до 7,93 миллиона — самого низкого уровня по меньшей мере с 1949 года. Рождения снижались ежегодно начиная с 2016-го, если не считать небольшого всплеска в 2024-м, объяснение которому ищут в традиционном уважении к Году Дракона.
Численность людей трудоспособного возраста (16-59 лет) также сокращается. В 2025 году они составляли около 61% населения — против более 70% десятилетием ранее. Соотношение трудоспособных к лицам старше 65 лет сейчас составляет примерно 4 к 1, но прогнозируется, что в течение двух десятилетий этот показатель вдвое ухудшится.
Пекин делает ставку на автоматизацию как компенсатор сокращения рабочей силы. Си Цзиньпин сделал инвестиции в биотехнологии, искусственный интеллект, полупроводники и робототехнику краеугольным камнем новой стратегии роста.
[see_also ids="673779"]
Охлаждение рынка труда
Общая безработица остается относительно стабильной, но среди молодежи она резко возросла. Миллионы новых выпускников выходят на ослабленный рынок труда, где большинство стремится получить офисную работу — тогда как заводы не могут закрыть вакансии рабочих. Структурное несоответствие между образованием и реальными потребностями экономики усиливает безработицу среди молодежи.
Неуверенность в работе и слабый рост зарплат затрудняют восстановление потребительского спроса. Домохозяйства с нестабильными доходами склонны больше экономить, чем тратить. Дополнительным давлением является быстрое внедрение автоматизации: роботизация и искусственный интеллект уже сейчас меняют структуру спроса на рабочую силу. Исследования фиксируют рост доли контрактных и гибких форм занятости — они дают меньше социальных гарантий и меньшую стабильность.
Экспорт: единственный свет в окне
Несмотря на внутренние трудности, Китай находит спасательный круг во внешней торговле. В 2025 году чистый экспорт обеспечил примерно треть прироста ВВП — самый высокий показатель с 1997 года. Это произошло даже несмотря на то, что американские пошлины на китайские товары достигали 145%: поставки в Европу и страны Юго-Восточной Азии с избытком компенсировали потери на рынке США.
Особым спросом пользовались китайское оборудование и промышленные машины, на фоне глобальной перестройки цепочек поставок. Производители перешли на более высокую ступень добавленной стоимости: выросли продажи электромобилей, солнечных панелей и производственного оборудования. Торговое сальдо Китая достигло рекордного $1,2 триллиона в 2025 году.
Впрочем, ставка на экспорт как главный двигатель роста несет в себе риски. Для выполнения цели 2035 года — стать "умеренно развитой" экономикой — Китаю нужен средний рост не менее 4,17% ежегодно. Но торговое напряжение остается высоким: все больше стран, не только США, вводят пошлины, квоты и другие защитные меры против потока китайского импорта.
Напомним, что Международный валютный фонд обвинил Китай в уничтожении мировой экономики. По его оценке, экономическая политика Китая вредит торговым партнерам и ведет к расточительству внутри страны.
Ранее также стало известно, что Китай стал "новым типом сверхдержавы" — энергетической. КНР установила почти 900 гигаватт солнечных мощностей, что превышает соответствующие мощности Европы и США вместе взятых. В прошлом году Китай произвел 1826 тераватт-часов электроэнергии из солнца и ветра — в пять раз больше, чем энергетический эквивалент всех его ядерных боеголовок.